Воспоминания при посещении выставки И.Ф. Земмельвейса

Вспоминания при посещении выставки И.Ф. Земмельвейса

«Нет, мёртвые не умерли для нас!» (И.А.Бунин)

1-3 декабря 2016 года в Казани состоялось грандиозное для врачей акушеров-гинекологов Казани и близлежащих регионов мероприятие, а именно: 5-й Общероссийский семинар «Репродуктивный потенциал России. Казанские чтения» под грифом «150 лет со дня рождения проф. В.С. Груздева». Многочисленная врачебная аудитория, кроме программных мероприятий, ознакомилась с расположенной в холе Корстона выставкой, посвящённой неутомимому борцу с «родильной лихорадкой» врачу-акушеру И.Ф. Земмельвейсу.

26 января 2017 года эта выставка была размещена и открыта в холе нового здания КГМУ. Открыл выставку ректор КГМУ, проф. А.С. Созинов. Затем с приветственным словом выступил Генеральный Консул Венгрии в Казани Ф. Контра. От ветеранов КГМУ  выступил проф. Л.А. Козлов с информацией о вкладе российских  врачей в развитие научных идей, выдвинутых И.Ф. Земмельвейсом. От сотрудников – заведующая кафедрой биомедэтики, медицинского права и истории медицины КГМУ, проф. М.Ю. Абросимова.

В середине Х1Х века весь мир всколыхнули две лихорадки.

В 1848 году в Калифорнии было найдено золото и разразилась золотая лихорадка. О ней читатели знают из замечательных рассказов Джека Лондона.

Вторая лихорадка – «родильная», возникающая после родов, устрашающе бродила по миру и никто не знал  причину её возникновения и мер борьбы с ней. Хотя мнений было много. Ближе всех  к разгадке  подошёл американский врач Оливер Вендел Холмс, который за 4 года до Земмельвейса объявил войну послеродовой инфекции. Обстоятельно изучив специальную литературу и собрав обширную информацию у врачей-акушеров, он эмпирически пришёл к твёрдому убеждению, что послеродовые заболевания являются контагиозными и переносчиками «контагий» являются врачи, акушерки и другой медицинский персонал. Как пишет Франтишек Пахнер (1), О.В. Холмс 13 февраля 1843 года на заседании Бостонского медицинского общества «…сделал доклад о путях заноса родильной лихорадки», который впоследствии был напечатан в «Трудах» общества. Бостонское медицинское общество было немноголюдным и не имело возможности широко публиковать свои труды. Вероятно поэтому в Европе, в том числе и в России, долго не знали ничего о Холмсе. В докладе он обосновал ряд принципов, составляющих основу борьбы с «родильной лихорадкой» и высказал мнение, что «…настало время рассматривать возникновение родильной лихорадки в практике одного врача не как несчастье, а как преступление. Долг каждого практикующего врача перед человечеством не допускать возникновения родильной лихорадки». Полагают, что И.Ф. Земмельвейс об этом ничего не знал, когда в мае 1947 года пришёл к разгадке причины родильной лихорадки. Уважаемый читатель все подробности найдёт в замечательной книге Ф. Пахнера «За жизнь матерей» (1).

При ознакомлении с выставкой нахлынули воспоминания. По Л.Н. Гумилёву – «История – это наука о событиях в их связи и последовательности».

Событие первое.  1950 год. Мы, студенты 3-го курса, пришли на кафедру общей хирургии. Преподаватели, рассказывая о выдающихся хирургах, указали на фамилию Земмельвейс, добавив, что он не хирург, а акушер, является одним из родоначальников обоснования антисептики. В борьбе с «родильной лихорадкой» он предложил ряд мероприятий, основу которых составляет мытьё рук хлорной водой перед обследованием беременных и рожениц.  Закончился цикл, сдали зачёт и по студенческому обычаю всё забыли.

Событие второе.  1951 год. 4-й курс. Мы в акушерско-гинекологической клинике им. проф. В.С. Груздева на цикле по акушерству. При первом же посещении родильного отделения, преподаватель, доцент Констанция Николаевна Сызганова, прежде всего завела нас в санпропускник и попросила всех без исключения вымыть руки. В комментарии она пояснила, что чистые руки являются залогом успешного предупреждения послеродовых инфекционных заболеваний. Причину так называемой «родильной лихорадки» открыл в 1847 году акушер И.Ф. Земмельвейс. Он же разработал ряд мероприятий по её предупреждению, основу которых составляло мытьё рук 3%-ным раствором хлорно воды перед обследованием беременных и рожениц. А так же сказала, что хирурги чтут его как начинателя антисептики. Тут мы все вспомнили, что об этом нам ещё в прошлом году говорили на кафедре общей хирургии, закивали головами и дружно сказали «Да!».

Событие третье.  1963 год. Позади три года самостоятельной работы на участке и три года аспирантуры под руководством ученика проф. В.С. Груздева – проф. П.В. Маненкова. Третий год работаю ассистентом кафедры, на выходе кандидатская диссертация. Теперь уже сам рассказываю студентам о И.Ф. Земмельвейсе всё, что прочитал о нём в руководствах. Кстати, сведения эти были весьма скудными. Даже в многотомном руководстве, только что изданным под редакцией Л.С. Персианинова, имеется лишь небольшой абзац, который гласит: «Ещё задолго до Листера и Пастера Земмельвейс для борьбы с ужасающей смертностью от родильной горячки применил в 1847 году в венской акушерской клинике обязательное мытьё рук медицинскому персоналу раствором хлорной извести. Это нововведение Земмельвейса резко  снизило септическую заболеваемость и смертность среди родильниц. Однако, несмотря на колоссальное значение открытия Земмельвейса, несмотря на его горячую и настойчивую пропаганду своей идеи, она не была воспринята  акушерами , и он умер в психиатрической больнице непризнанный современниками» (2).

 Повезло. Государственное издательство медицинской литературы выпустило в свет книгу (в переводе с чешского) Франтишека Пахнера «За жизнь матерей» (1) с подзаголовком «Трагедия жизни И.Ф. Земмельвейса» (М., 1963). Немедленно была приобретена и прочитана от корки до корки. Кроме подробного описания жизни и деятельности И.Ф. Земмельвейса, книга содержит большое количество иллюстраций, сопровождающих текст. Основная идея книги состоит в том, что после открытия Земмельвейсом природы «родильной лихорадки» и внедрения мер её предупреждения учёный мир разделился на два лагеря: последователей и противников. К сожалению последних было больше. Как и с каким трудом шло продвижение И.Ф. Земмельвейсом своего учения, читатель узнает из первоисточника. Здесь же мы обратим внимание читателя на тот факт, что в России ведущие акушеры с пониманием отнеслись  к идее Земмельвейса. 

В 1857 году, то есть через 10 лет после оповещения Земмельвейса всему миру о своём учении, А.А. Китер издаёт руководство по акушерству, а затем и по гинекологии. В них он с положительной стороны характеризует его идею борьбы с «родильной лихорадкой». Разбирая вопрос о заражении рожениц при исследовании «пальцами акушера, недостаточно очищенными после анатомических занятий», он говорит, что на это «преимущественно указывал ещё недавно Земмельвейс» и, опираясь на указания последнего, не допускал никакого сомнения относительно заразного происхождения родильной горячки и считал чистоту и изоляцию заболевших лучшими предохранительными средствами против этой болезни.

В отчёте о деятельности Санкт-Петербургского повивального института за 15 лет (1845-1859), касаясь вопроса причин родильной горячки, Ф.К. Гугенбергер писал: «Выводя в заключение из всего изложенного мнение о преимущественной причине послеродовых болезней в Повивальном Институте, мы должны сознаться, что принимаемые Земмельвейсом три источника их и у нас получают полную вероятность».

Во второй половине Х!Х века А.Я. Крассовский, Н.Н. Феноменов, а в начале ХХ века – В.С. Груздев в своих руководствах уже более подробно излагают Земмельвейсовские принципы борьбы с послеродовыми инфекционными заболеваниями.

Из указанной выше книги Ф. Пахнера  узнаём, что Земмельвейс вёл переписку с Петербургским Обществом  врачей, которое в  1861 году (ещё при жизни Земмельвейса) провело 5 заседаний с обсуждением правильности его учения. Как пишет Ф. Пахнер «Основной доклад был сделан профессором школы акушерок в Петербурге Теодором Е.А. Хуггенбнергером…, автором нескольких работ на тему о родильной лихорадке. Текст протокола заседания Хуггенбергер с весьма лестным письмом послал Земмельвейсу, который дословно опубликовал этот протокол в Orvosi Hetilap. Дискуссия в Петербурге выявила, что почти все её участники согласны с Земмельвейсом. Переписка с Хуггенбергером, который в самых восторженных словах воздавал должное Земмельвейсу и его теории, который чествовал Земмельвейса от имени русских акушеров, явилась последней публикацией Земмельвейса в его борьбе против родильной лихорадки. Эта переписка внесла временное успокоение в смятённое состояние Земмельвейса».

Вот так, знай наших!

А что было в это время в Казани?

Дошло ли учение Земмельвейса до Казани?

Если да, то когда и как оно было воспринято?

Событие четвёртое.1970 год. Эти вопросы интересовали студенток 5 курса лечебного факультета В.И. Журавлёву и В.Я. Кузьмину, когда они взялись за раскрытие этой тайны. Работа в архиве внешне ничего героического не представляет. Листай себе документы и вдыхай вековую пыль. Только тот, кто хоть раз работал в архиве, может понять какого напряжения и внимания требует эта работа. Сколько сил и терпения нужно приложить, чтобы заставить себя тщательно изучать документы, написанные непонятным почерком людей, живших много-много лет тому назад. Сколько раз приходилось отчаиваться и без надежды на удачу уходить домой, а на следующий день всё начинать с начала. Но не зря говориться, что «дорогу осилит идущий». Год за годом, папка за папкой, лист за листом.

Изучение документов показало, что с 1856 по 1876 год клиникой и кафедрой акушерства в Казанском Императорском Университете (КИУ) заведовал профессор Александр Илларионович Козлов, которого можно с полным основанием назвать первым профессором акушерства в Казани. До него преподавание акушерства велось лицами, не имевшими специальной акушерской подготовки.

Об  А.И. Козлове сохранились весьма краткие биографические сведения (Н.П.Загоскин – «Биографический словарь», Казань, 1904, ч. 2, стр. 228-230). Между тем деятельность Александра Илларионовича весьма примечательна и отражает процессы становления в Казани не только акушерства, но и педиатрии, как науки и предмета преподавания. Известно, что он окончил медицинский факультет КИУ в 1836 году. Затем уехал в Дерпт к известному  в то время профессору Вальтеру на усовершенствование, где защитил диссертацию на тему «Deartificialipartusprematuriprovocatione» и получил степень доктора медицины. Затем работал некоторое время городским врачом в Бердичеве. С 1854 года – старший врач «заведений казанского приказа общественного презрения». Уже в первые годы своей работы он проявил особый интерес к акушерству, сделал несколько операций и опубликовал свои наблюдения о разрывах матки и черепосверлении. По рекомендации профессоров Е.Ф Аристова, Д.И. Протопопова, И.Г. Линдсгрена, отмечавших не только его учёную, но и практическую деятельность, занимает в 1856 году кафедру «Акушерства, женских и детских болезней» в Казанском Императорском университете. За 20 лет заведования кафедрой он проявил себя как клиницист, всегда находящийся на современном уровне акушерской науки. Прежде всего, он добился расширения клиники с 15 до 25 коек и открыл амбулаторный приём гинекологических больных. Периодические поездки за границу, знакомство с современной организацией акушерского дела в Европе позволили А.И. Козлову правильно и своевременно решать практические вопросы. Начитанность и знакомство с современной медицинской литературой делали лекции его интересными. Стремясь дать больше знаний своим слушателям, А.И. Козлов ввёл дополнительные часы лекций по акушерству и женским болезням, открыл акушерский кабинет, оборудовав его фантомом и акушерскими инструментами.

Большая материнская (4,6%) и детская смертности в Казанской клинике требовали подготовки специального персонала – повивальных бабок. Ещё в 1845 году медицинский факультет обсуждал вопрос об открытии акушерской школы при университете. И вот при активном вмешательстве А.И. Козлова в 1856 году был открыт «Повивальный институт». Им была составлена программа преподавания, предусматривавшая чтение лекций по анатомии, акушерству, детским болезням. В начале был одногодичный курс, а с 1865 года введено 2-х летнее обучение. При этом добавилось преподавание физиологии, гигиены, судебной медицины, хирургии и других дисциплин. Преподавание А.И. Козлов вёл бесплатно, а выделяемое советом университета вознаграждение в 200 рублей ежегодно передавал на приобретение акушерских и других полезных акушерской клинике предметов. Он настаивал на необходимости выделить пособие обучающимся в «Повивальном институте», так как большинство из них весьма нуждались. Бесплатное преподавание велось до 1907 года.

Однако, вернёмся к архивному поиску. И вот, наконец, то, чего так настойчиво искали два пытливых члена научного студенческого кружка. Обнаружен документ (3), которого 100 лет не касалась рука человека. Он небрежно согнут пополам и заложен между страницами в папке дел, не имеющих прямого отношения к интересуемому вопросу.

В руках письмо профессора А.И. Козлова в медицинский факультет университета. В этом можно убедиться не только по подписи, много раз встреченной в документах, но и по бисерному почерку, ставшему таким знакомым за эти долгие поиски. Вот это письмо:

«В медицинский факультет.

 В акушерском отделении клиники начинается эпидемия послеродового состояния. Принимая во внимание важность этого явления, я считаю нужным теперь же принять все возможные меры к предотвращению развития эпидемии. В этих видах я полагаю необходимым установить следующий порядок:

1. Ученицам 1-го курса, посещающим Анатомический Театр, запретить всякое исследование беременных, рожениц и родильниц, отменить их дежурства и ограничить их занятия Анатомией и теоретическим преподаванием Акушерства в аудитории.

2.  Ученицам 2-го курса, обязательно занимающимся практически в Акушерской Клинике запретить посещение Анатомического Театра и патолого-анатомических вскрытий вовсе.

3.  Взамен 2-х дежурных учениц из 1-го курса и одной из 2-го, назначить на дежурства всех 3-х учениц из 2-го курса, о чём, впрочем, просит весь 2-й курс.

4. При родах ограничить присутствующий учащийся персонал следующими лицами: одной ученицей, практикующейся в родах по очереди, тремя дежурными и 2-мя студентами 4-го и 5-го курсов по очереди, если факультет разрешит 4-му курсу заниматься практикой в Акушерской Клинике в качестве аускультантов.

5. Предоставить Ординатору, присутствующему при родах, права удерживать всех учащихся от непомерно частого исследования родящей женщины.

6. Объявить Студентам, занимающимся практически в Акушерской Клинике, чтоб они не исследовали женщин непосредственно после их анатомических занятий.

7. Вменить инспекции Акушерской Клиники в обязанность строго наблюдать, чтобы никто из, имеющих право на исследование не производил такового иначе, как Студенты при бытности ординатора, а ученицы – повивальной бабки или её помощницы.

Остальные меры предосторожности, как напр. Чистота, проветривание и проч. Уже приняты мною.

Имея в виду, что выдвинутая Земмельвейсом теория трупного заражения в последнее время находит себе возрастающую опору в учёном мире всех стран, и, по словам Фейта, проф. В Бонне, скоро не будет иметь вовсе никаких противников, я не думаю, чтобы предложенные мною меры могли показаться крайними – а потому имею честь просить Медицинский факультет об их утверждении и предоставлении мне права усиливать их, согласно надобности, без особых заявлений факультету, не ус…(неразборчиво)…конечно основных мер, изложенных в вышеприведённых параграфах.

17 ноября 1869 г.   А. Козлов».

Но что это?

Начиная с 4-го пункта, весь текст зачёркнут красной жирной чертой!

В чём дело?

Вновь поиски. И вот в руках протокол заседания Медицинского факультета от 17 ноября 1869 года (4), то есть состоявшегося буквально в день написания письма. В нём вынесено определение утвердить только предложения, изложенные в первых трёх пунктах.

А как же остальное? Документы об этом молчат…

Таким образом, в Казани профессором акушерства А.И. Козловым была замечена и признана вся рациональность учения И. Земмельвейса, а основные положения его были внедрены в практику акушерской клиники, положив тем самым начало прочных основ борьбы с послеродовыми септическими заболеваниями. Если принять во внимание, что заря антисептики только что начиналась, что работы Д. Листера – отца антисептики относятся к 1867 и 1869 годам, что начало триумфального шествия антисептики по госпиталям мира учёные относят к 1870 году, то становиться ясной, вызывающая уважение и восхищение прозорливость, проявленная казанским учёным 148 лет тому назад.

Прочитана ещё одна очень интересная страница истории кафедры акушерства нашей славной AlmaMater. Большая заслуга в этом студентов Веры Ивановны Журавлёвой  и Виолетты Яковлевны Кузьминой.  Эти материалы были опубликованы в Казанском медицинском журнале за 1977 год в № 5. Портрет проф. А.И. Козлова с цитатой о Земмельвейсе  размещён в лекционной аудитории акушерско-гинекологической клиники КГМУ.

В.И. Журавлёва в 1980 году защитила кандидатскую диссертацию на тему                                                                 «Функции почек у женщин, перенёсших тяжёлый поздний токсикоз беременных». Работала ассистентом, а в настоящий момент – доцент кафедры акушерства и гинекологии №1 КГМУ.

В.Я. Кузьмина успешно работает практическим врачом.

Уместно будет закончить очерк следующей цитатой: «Когда я обращаюсь мысленным взором в прошлое, то все переживания и боль, выпавшие на мою долю, можно уравновесить только уверенностью в счастливое будущее, когда в родильных учреждениях не будет больше родильной лихорадки… Если, однако, … мне не доведётся собственными глазами увидеть это счастливое будущее, то во всяком случае я убеждён, что такое время рано или поздно наступит и в час моей смерти оно будет уже совсем близко» (И.Ф. Земмельвейс, 1861 год, за четыре года до смерти).

Пророчество сбылось. Из 170 лет, прошедших после обнародования Земмельвейсом своих взглядов на происхождение родильной лихорадки и мер по предупреждении её, 148 лет в Казани успешно применяют и совершенствуют его принципы предупреждения послеродовых инфекционных заболеваний.

 

Литература.

1.      Ф. Пахнер – «За жизнь матерей». М., 1963.

2.       Многотомное руководство по акушерству и гинекологии. М., 1961, т. 1, стр. 49.

3.       Национальный архив РТ, ф.977, м.ф. 1869, дело № 1087.

4.       Национальный архив РТ, ф. 977, м.ф. 1869, дело № 1047.

 

источник Медико-фармацевтический Вестник Татарстана, 2017, № 1.

 

Подписка на рассылку